Осканян попросил бы прощения, если бы…
«В канун 1 марта бывший министр ИД Вардан Осканян был вынужден еще раз коснуться своего участия в трагических событиях 1 марта 2008 года.
«Когда передо мною ставят этот вопрос, я не обижаюсь. Это меня где-то радует: находятся люди, которые считают меня ответственным не за 1 марта, а вообще имеют ожидания по разным вопросам»,- сказал он.
Сегодня Вардан Осканян заявил, что не считает себя виновным за происшедшее 1 марта 2008 года, в противном случае он попросил бы прощения.
«Можно попросить прощения, но, чтобы это извинение было искренним, я должен верить, что совершил ошибку. Если я не чувствую, что совершил ошибку, то просить прощения было бы неискренне. А то можно извиниться, покаяться, закрыть этот вопрос, возомнить себя героем - есть, мол, в этой стране честный человек. Но все это будет ложью».
Г-н Осканян считает себя не виноватым, а личностью, пытавшейся предотвратить события 1 марта.
По его словам, 1 марта 2008 г. он согласился созвать пресс-конференцию только из побуждений ответственности. Он напомнил, что в тот день дал пресс-конференцию в 18.00, когда выстрелы еще не прозвучали, и жертв еще не было: «В тот день я поставил требование перед президентом республики, чтобы он дал мне слово, чтобы я сказал на пресс-конференции, что готов в данный момент к диалогу для совместного поиска путей из сложившейся ситуации. Я выступил только при этом условии. Скажу, что президент дал на это свое согласие».
Г-н Осканян рассказал поподробнее, почему 1 марта 2008 г. диалог между Робертом Кочаряном и народом так и не состоялся.
События 1 марта он расценил как большую трагедию и отметил, что за три года власти могли бы излечить эту рану раз и навсегда. По его мнению, заняв кресло президента РА, Серж Саргсян первым делом должен был освободить всех политзаключенных. Чего тот не сделал: «Еще не поздно и сегодня. Если бы это было сделано, то сегодня, в канун 1 марта, мы политически, морально и духовно оказались бы в другой плоскости».
Между прочим, сегодня Вардан Осканян воздержался от использования слова «политзаключенный»: «Моя формулировка следующая: арестованные за политическую деятельность».
А когда ему напомнили о заявлении группы дипломатов до 1 марта, которым они предупреждали о возможном кровопролитии, и которых он уволил, г-н Осканян сказал: «Эти ребята были сняты с работы, но я руководствовался буквой закона. Могу сообщить по этому вопросу маленькую новость. То заявление, что сделали 5-6 дипломатов, день назад в том же содержании мне предложил мой пресс-секретарь, чтобы оно было от имени министерства. Я отклонил это предложение. В тот же день, или на другой день вечером, они обнародовали текст, который я отверг. Представляете мое состояние? Что бы вы сделали, разве не уволили бы их? Я сожалею6 это были хорошие ребята, с большими заслугами, им еще многое предстояло сделать в министерстве. К сожалению, получилось именно так».
