Открыть ленту Закрыть ленту
A A

«Современные люди решают судьбу вечных ценностей»

Культура

Юбилейная выставка живописца Генриха Сиравяна, открывшаяся в Доме-музее Мартироса Сарьяна, будет действовать дольше предусмотренного. Вместо 3-го февраля она закроется 23-го февраля. Искусство Сирава, как его называли друзья, всегда актуально по своей теме и эстетике. “При жизни у отца, к сожалению, была всего одна персональная выставка – в 1993г.”, - говорит младший сын художника Гагик Сиравян. Мы посвятили выставку 90-летнему юбилею отца и 60-летию Мартироса Сарьяна и их дружбе”. В 1958-м в качестве ученика Генрих Сиравян поступает в мастерскую Сарьяна и становится любимым воспитанником мастера. Слова мастера “у искусства нет родины, но у родины есть искусство” отец всегда повторял, - вспоминает сын художника, - и заглавие выставки “Моя молитва об Армении” выбрано не случайно. Это – слова отца, которыми он характеризовал свое искусство. “… Я всей своей силой, которую дал мне Бог – ум, трудолюбие, знания, всем этим я всегда мечтал выразить любовь к моей Родине, потому что для меня нет ничего выше, чем Армения. И я с большой сыновьей преданностью рисовал мою молитву о моей стране…”. По словам Гагика Сиравяна, выставки, конечно, важны, выставка похожа на праздник и для зрителя, и для полотен, потому что оба скучают друг по другу. Но для художника важнее постоянный показ. “Картина должна жить, а картину нужно видеть, чтобы она жила. Какими бы божественными ни были произведения Комитаса, они не будут жить сами по себе, должен быть слушатель, тот, кто оценит, подобно красивой женщине. То есть нужен тот, кто будет ценить и лелеять красоту”, - говорит он. “Думаю, что придут хорошие времена, когда вместо бессмысленных построек будут строиться музеи, поскольку искусство содержит народ и страну. Но, к сожалению, предоставление зданий и построек зависит от временных министров и чиновников. То есть временные люди решают судьбу вечных ценностей, часто ненадлежащим образом. Люди помнят не министров, а художников. Помнят Комитаса, Чаренца, Туманяна и Айвазовского, а чиновников, если помнят, то только по их злым и добрым делам.